Взаимосвязь личностных факторов принятия решений и ригидности как черты личности у лиц молодого возраста

Актуальность. Недостаточная адаптивность может мешать использованию когнитивных стратегий выживания и  увеличивать зависимость от более неадекватных стратегий. Считается, что структурные составляющие личностного потенциала и свойства личности, обусловливающие ее адаптивность, могут выступать психологическими ресурсами, определяющими ее готовность к риску и способность к реализации осознанного контроля над преобразованием ситуаций риска своими решениями.

Цель – изучение взаимосвязи личностных факторов принятия решений и ригидности как черты личности у лиц молодого возраста с целью улучшения их медико-психологического сопровождения.

Методология. В  экспериментально-психологическом исследовании приняли участие 200 лиц молодого возраста: мужчины (группа «М») – 100 человек (50,0 %); женщины (группа «Ж») – 100 человек (50,0 %); средний возраст «М» = 20,5 ± 1,8, «Ж» = 19,2 ± 1,2 года, p < 0,05. Изучение личностных факторов принятия решений было проведено по методике «Личностные факторы принятия решений (ЛФР-25)» [9], которая является русскоязычной модификацией методики Q-сортировки (EQS) немецкого психолога Х. Вольфрама [5]. Исследование ригидности (как устойчивой черты личности, проявляющейся в неспособности в той или иной мере воспринимать новый опыт и включать его в систему личности) было проведено по Томскому опроснику ригидности Г.В. Залевского [18].

Результаты и их анализ. В исследовании показано, что статистическое различие между показателями шкал Томского опросника ригидности в группах мужчин и женщин не является значимым. Выраженность ригидности в обеих группах в основном носит умеренный характер. Установлено отсутствие статистически значимых различий между факторами принятия решений у мужчин и женщин, что, вероятно, нашло свое отражение в уровнях личностных факторов принятия решений (сходных в  обеих группах; различия в  уровнях факторов между обследованными группами обусловлены, по-видимому, гендерной идентичностью индивидов). В обеих группах отмечены достоверно более высокие значения параметра «Субъективная рациональность» при слабой и очень слабой отрицательной корреляции с данными «Личностной готовности к риску», что, возможно, обусловлено профессионально-психологическим отбором.

Заключение. Полученные в настоящем исследовании данные могут позволить более дифференцированно подойти к  медико-психологическому сопровождению лиц молодого возраста, а при необходимости – к построению психо-коррекционной работы с ними.

1. Арендачук И.В. Личностный потенциал и социально-психологическая адаптированность как ресурс психологической готовности к риску // Изв. Сарат. ун−та. Сер. «Акмеология образования. Психология развития». 2015. Т. 4. Вып. 3. С. 219–226. DOI: 10.18500/2304-9790-2015-4-3-219-226

2. Белых Т.В. Интегральная индивидуальность студентов с разным сочетанием рациональности и склонности к риску при принятии решений // Изв. Сарат. ун-та. Сер. «Акмеология образования. Психология развития». 2019. Т. 8. Вып. 1 (29). С. 70–77. DOI: 10.18500/2304-9790-2019-8-1-70-77

3. Белых Т.В., Майрамян А.М. Структурно-функциональные характеристики субъекта межличностного ситуативного взаимодействия // Гуманизация образования. 2016. № 2. С. 73–82.

4. Залевский Г.В. Психическая ригидность в норме и патологии. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1993. 272 с.

5. Залевский Г.В. Томский опросник ригидности Г.В. Залевского (ТОРЗ) // Сиб. психол. журн. 2000. № 12. С. 129–137.

6. Залевский Г.В., Залевский В.Г., Кузьмина Ю.В. Антропологическая психология: биопсихосоциоэтическая модель развития личности и ее здоровья // Сиб. психол. журн. 2009. № 33. С. 99–103.

7. Корнилова Т.В. Ригидность, толерантность к неопределенности и креативность в системе интеллектуально-личностного потенциала человека // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14 «Психология». 2013. № 4. С. 36–47.

8. Корнилова Т.В. Принцип неопределенности в психологии выбора и риска // Психолог. исследования. 2015. Т. 8, № 40. С. 3. URL: http://psystudy.ru/index.php/num/2015v8n40/1111-kornilova40.html (дата обращения 10.11.2023 г.).

9. Корнилова Т.В. Психология риска и принятия решений. М.: Аспект Пресс, 2003, 286 с.

10. Лебедев И.Б., Чуманов Ю.В., Султанова А.М. Теоретический анализ процесса принятия решения в ситуациях неопределенности ориентиров поиска // Вестн. науки и образования. 2018. Т. 1. № 4 (40). С. 111–115.

11. Левитов Н.Д. Психология характера. М.: Просвещение, 1969. 423 с.

12. Мещеряков Д.А. Характеристики воли как предикторы склонности к риску у курсантов военного вуза в процессе военно-профессиональной социализации // Изв. Саратов. ун-та. Сер. «Акмеология образования. Психология развития». 2021. Т. 10. Вып. 2 (38). С. 139–149. DOI: 10.18500/2304-9790-2021-10-2-139-149

13. Москвитина О.А. Субъект учения в ситуации неопределенности // Вестн. Омск. ун-та. Сер. «Психология». 2016. № 3. С. 46–55.

14. Незнанов Н.Г., Коцюбинский А.П., Коцюбинский Д.А. Кризис естественнонаучного и гуманитарного подходов в психиатрии // Обозрение психиатрии и мед. психологии имени В.М. Бехтерева. 2019. № 1. С. 8–15.

15. Оганесян Т.Д. Право на защиту персональных данных: исторический аспект и современная концептуализация в эпоху Big Data // Журнал зарубеж. законодательства и сравнит. правоведения. 2020. № 2. С. 48−63. DOI: 10.12737/jflcl.2020.010

16. Фоминых Е.С., Шаповал И.А. Трансформации хронотопа и границ личности как диспозиции деструктивности выбора: между возможностью и закономерностью // Психология и психотехника. 2017. № 4. С. 23–36. DOI: 10.7256/2454-0722.2017.4.24486

17. Юнкеров В.И., Григорьев С.Г., Резванцев М.В. Математико-статистическая обработка данных медицинских исследований. СПб.: Изд−во ВМА, 2011. 318 с.

18. Wolfram H. Der EntscheidungsQSort (EQS) als Methode in der Neurosendiagnostik // Helm J., Kasieike E., Mehl J. (Hrsg.) Neurosendiagnostik. Berlin: VEB Deutcsh Verlag, 1974. P. 1138.