Актуальность. Исследование посвящено комплексному анализу психоэмоционального состояния и выраженности психологического дистресса у комбатантов – участников специальной военной операции, находившихся после ранения на начальном этапе медицинской реабилитации.

Целью работы являлась психологическая оценка распространённости и выраженности симптомов депрессии, тревоги и другой психопатологической симптоматики у комбатантов в раннем восстановительном периоде медицинской реабилитации, а также выявление социально-демографических и клинических факторов, ассоциированных с наиболее высоким уровнем психологического дистресса.

Материал и методы. В исследовании применялся комплекс психодиагностических методик, включающий клинико-психологическое интервью, анализ аффективных расстройств (госпитальная шкала тревоги и депрессии HADS, шкала депрессии Бека), анализ психопатологической симптоматики (SCL-90). Выборка составила 30 мужчин в возрасте 33–59 лет (средний возраст 43 ± 6 лет).

Результаты и их анализ. Полученные результаты показали, что пациенты с тяжёлыми ранениями демонстрируют на начальном этапе медицинской реабилитации достоверно более высокий уровень депрессивной симптоматики по сравнению с пациентами с лёгкими ранениями, имеют высокие риски развития психических расстройств, требующих клинического вмешательства. Также установлено, что рядовой состав оказывается более уязвимым к возникновению депрессии; мобилизованные демонстрировали более высокий уровень психологического дистресса по всем показателям методики SCL-90; командование имеет самые высокие показатели соматизации и паранойяльности (SCL-90), что указывает на тенденцию к большему уровню дистресса, связанного с высокой ответственностью.

Заключение. Анализ данных позволяет считать объективные параметры (тяжесть ранения, род войск) надёжными индикаторами, позволяющими оценить риск психической дезадаптации уже в начальной фазе реабилитации. Результаты исследования имеют важное практическое значение для разработки дифференцированных программ медико-психологической реабилитации участников боевых действий с учётом выявленных психологических особенностей.

Актуальность. В условиях специальной военной операции значительно возросло число тяжёлых боевых травм, включая повреждения наружных половых органов, которые не только влекут за собой физиологические последствия, но и оказывают глубокое психотравмирующее воздействие на личность. Подобные ранения воспринимаются как угроза социальной и личностной целостности, порождая экзистенциальный кризис, нарушения самооценки, гендерной идентичности и смысложизненных ориентаций. Особенно остро переживаются последствия орхиэктомии, сопровождающиеся гормональными, репродуктивными и психоэмоциональными нарушениями.

Целью настоящего исследования было провести сравнительный анализ психологических последствий ранений наружных половых органов у военнослужащих, выявить особенности трансформации Я-концепции и обосновать необходимость личностно ориентированной психокоррекции.

Организация и методики исследования. На основе систематического анализа клинических и научных данных рассмотрены результаты применения методик Д.А. Леонтьева, Ю.М. Волобуевой, а также концепций М.Ш. Магомед-Эминова и В. Франкла. Особое внимание уделено типологии Я-концепции инвалидов боевых действий и эффективности реабилитационных моделей взаимодействия с ранеными.

Результаты и их анализ. Установлено, что ключевым фактором тяжести психологических последствий является не объективная степень утраты, а её субъективная интерпретация в контексте будущей жизни. Выделены четыре типа Я-концепции – «Созидательная», «Потребительская», «Разрушительная» и «Застрявшая», три из которых классифицируются как дезорганизованные. Показано, что сохранение воинской идентичности в процессе реабилитации повышает вероятность возвращения в строй в 14 раз по сравнению с традиционной «госпитальной» моделью.

Заключение. Полученные данные подтверждают необходимость внедрения дифференцированных программ психологической помощи, направленных на восстановление субъектности, смысла страдания и целостности Я-концепции у раненых военнослужащих. Предложенная модель может служить методологической основой для разработки психокоррекционных технологий в военной и клинической психологии.

Актуальность. Особенности проявления аутоагрессии у пациентов в группах с аффективными и невротическими расстройствами изучены не в полной мере, а проведённые исследования дают противоречивые сведения. В ряде исследований приводятся данные о том, что существует связь между выраженностью депрессии и аутоагрессией, – высокий уровень депрессии выявляется у лиц с самоповреждениями. При этом в других исследованиях отрицается связь депрессии и аутоагрессии и утверждается, что депрессия встречается у пациентов с самоповреждениями не чаще, чем у пациентов без самоповреждения.

Цель исследования – изучение специфики и особенностей аутоагрессии у пациентов с депрессивными расстройствами.

Материалы и методы. С помощью комплекса психодиагностических методов («Опросник STAXI», «Опросник суицидального риска», «Шкала причин самоповреждающего поведения», «Диагностика социально-психологической адаптации», «Диагностика интерактивной направленности личности») проведено обследование 60 пациентов, находящихся на лечении в ГБУ РО «Рязанская областная клиническая психиатрическая больница имени Н.Н. Баженова». Респонденты с депрессивными состояниями распределены по двум клиническим группам – с аффективными расстройствами (F30-F39) и невротическими расстройствами (F40–48). В качестве методов обработки используется непараметрический критерий Манна-Уитни.

Результаты. В исследовании были обнаружены различия в проявлениях аутоагрессивного поведения у пациентов с депрессивными состояниями из группы аффективных и невротических расстройств. Пациенты с депрессивными расстройствами в группе аффективных расстройств реже проявляют агрессию как свойство личности. В самоповреждающем поведении у таких пациентов чаще отмечается мотив воздействия на других как способ показать силу своих эмоций. Также в контексте социальной адаптации реже можно отметить принятие себя и чаще эмоциональный дискомфорт. Одной из ведущих направленностей личности можно отметить маргинальную ориентацию у таких пациентов, то есть импульсивное поведение в различных ситуациях.

Заключение. Существуют различия в проявлении аутоагрессии у пациентов с депрессивными состояниями из групп аффективных и невротических расстройств. Эти различия наблюдаются в структуре социальной адаптации, эмоционально-волевой сфере и интерактивной направленности.

Актуальность. В настоящее время заболевания сердечно-сосудистой системы являются наиболее распространёнными и опасными среди всех остальных патологий, которые приводят к инвалидизации и смертности среди лиц трудоспособного возраста. Важным фактором эффективности лечения гипертонической болезни является качество отношений в системе «врач-пациент», которые во многом определяются восприятием и установками в отношении врача.

Цель: оценка образа врача у больных гипертонической болезнью.

Методология. Исследование проводилось на базе частного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть» (г. Астрахань, Россия). Анализировались данные по 418 больным гипертонической болезнью (215 женщин и 203 мужчины, средний возраст 45 ± 7,4 лет). На

момент обследования больные проходили стационарное лечение и состояли под наблюдением у кардиологов и терапевтов.

Методики исследования. В качестве методов диагностики психологических особенностей и психоэмоционального статуса больных гипертонической болезнью использовались опросные методы, в частности, психодиагностические методики: 1) КОП-25 «Опросник количественной оценки приверженности лечению» (Н.А. Николаев, Ю.П. Скирденко); 2) тест межличностных отношений Т. Лири (в рос. адаптации Л.Н. Собчик). В качестве методов статистической обработки эмпирических данных были применены: расчёт параметров дескриптивной статистики, линейный коэффициент корреляции и корреляционный анализ с применением критерия ранговой корреляции Спирмена. Используемые средства: статистический анализ результатов исследования проводился с помощью программного пакета Statistica 22.0.

Результаты и их анализ. Последующий анализ результатов позволил сделать следующие выводы: 1) выявлено, что образ реального врача у больных гипертонической болезнью представлен характеристиками, связанными с дружелюбным отношением к окружающим, выраженной готовностью помогать окружающим, а также тенденцией к доминированию, стремлением вести за собой и подчинять своей воле других. Врач для больных на начальном этапе лечебно-диагностического процесса представляет привлекательный субъект взаимодействия; 2) выявлено, что образ идеального врача у больных гипертонической болезнью представлен характеристиками, отражающими дружелюбное отношение к окружающим, уверенность в себе, умение быть хорошим наставником и организатором, свойства руководителя, независимость, экстравертированность.

Заключение. Исследование показало, что характеристики воспринимаемого образа врача могут быть взаимосвязаны с компонентами приверженности лечению. Доминирующий стиль межличностного взаимодействия имеет положительную связь с приверженностью к лекарственной терапии и медицинскому сопровождению. При этом доминирование должно сопровождаться поддерживающей позицией со стороны врача без агрессивных и враждебных реакций.

Введение. Диагностика соматических проявлений стресса занимает одно из центральных мест в современной медицинской психологии. Между тем существующие инструменты лишь фрагментарно охватывают физиологические системы, вовлечённые в стресс-реакцию, а ряд клинически значимых симптомов – в частности, нарушения мышечного тонуса и иммунные проявления – остаётся вне поля стандартной диагностики. Разработка нового полисистемного опросника открывает возможности для комплексного изучения структуры и механизмов соматизации, включая редко анализируемые, но диагностически важные её проявления.

Цель. Провести масштабную пилотную валидацию опросника «Соматическая оценка симптомов стресса» (СОСС) для оценки психометрических свойств и разработки нормативных данных.

Материал и методы. В исследовании принял участие 1631 русскоязычный респондент (59,2 % женщин, 40,8 % мужчин) в возрасте от 19 до 70 лет (медиана – 35 лет). Надёжность оценивалась с помощью коэффициентов α Кронбаха, G6 Гутмана, ωh, ωt МакДональда. Для оценки психометрических свойств опросника СОСС использовался конфирматорный факторный анализ (CFA) и корреляционный анализ с валидированными шкалами стресса (PSM-25), соматических симптомов (PHQ-15), тревоги (HAMA), депрессии (Zung), жизнестойкости (BRS) и личностных черт (FPI). Пороговые значения определялись методом ROC-анализа.

Результаты и их анализ. Исследование подтвердило высокую внутреннюю согласованность опросника, его структуру, а также конвергентную и дискриминантную валидность. Были установлены пороговые значения, позволяющие классифицировать уровень соматизации стресса как низкий, умеренный и высокий.

Заключение. Масштабная валидация подтвердила, что опросник СОСС является надёжным и валидным инструментом для комплексной оценки соматических проявлений стресса. Его ключевые преимущества – комплексный охват и включение специфических маркеров (в частности, симптомов бруксизма) – делают его ценным ресурсом для специалистов в области клинической психологии, неврологии и стоматологии. Опросник может быть рекомендован для использования в скрининговых, диагностических и исследовательских целях.

Актуальность исследования обусловлена комплексом медико-психологических проблем, возникающих в ситуации рождения ребенка с заболеванием в неонатальном периоде. Психологическое состояние женщины становится уязвимым в связи с переживанием острого эмоционального стресса, формированием стойкого чувства вины и невротических расстройств. Медицинская помощь преимущественно направлена на соматическое здоровье новорождённого, в то время как психологическое состояние матери остаётся без существенной поддержки.

Цель: изучить динамику психоэмоционального состояния женщин при рождении детей с заболеваниями, характерными для неонатального периода (за исключением эмбриопатий).

Методология. Выборку составили 86 респондентов: женщины, беременность которых завершилась рождением ребёнка с заболеванием в период новорождённости, с опытом перинатальных потерь (n = 30), без опыта перинатальных потерь (n = 40) и 16 женщин, чьи дети не имели клинически значимых нарушений здоровья. Исследование проводилось в два этапа: на 7–10 день и через три месяца после родов. В исследовании использовались методики: «Клинический опросник невротических состояний», «Скрининговая шкала перинатальной тревоги (PASS-R)», «Шкала родительского стресса» (Parental Stress Scale), «Шкала родительской вины» (Guild About Parenting Scalе) (D. Haslam, J. Finch, 2020). В качестве методов статистической обработки были применены сравнительный анализ (непараметрический критерий U Манна – Уитни), корреляционной анализ (ранговый коэффициент корреляции Спирмена), факторный анализ методом главных компонентов с применением вращения Varimax.

Результаты и их анализ. По результатам обследования женщины, имеющие ребёнка с заболеванием, обследованные на 7–10 день после родов, находятся в состоянии острого стресса, испытывают специфические страхи и склонны к проявлению невротических реакций. Через три месяца после родов уровень специфических страхов снижается. Однако возникающее чувство вины перед ребёнком и неудовлетворённость собой является ключевым звеном в развитии невротической депрессии.

Заключение. Отсутствие обратной динамики нарушения эмоционального состояния подтвердило необходимость в пролонгированной психологической помощи матерям при рождении ребёнка с заболеванием.

Актуальность. В практике медико-психологического сопровождения лиц с дезадаптивными состояниями сохраняется разрыв между возможностями углублённой диагностики и обоснованностью выбора медико-психологической коррекции. Преодоление шаблонных и эклектичных подходов требует разработки чётких алгоритмов, связывающих структуру дезадаптации с адекватными стратегиями вмешательства.

Цель исследования. На основе системного анализа серии собственных эмпирических работ сформировать и обосновать концепцию и практический алгоритм дифференцированной медико-психологической коррекции, где выбор стратегии детерминирован результатами первичной диагностики ведущей мишени дезадаптации.

Материал и методы. Проведён качественный мета-анализ и синтез данных ранее опубликованных исследований авторов, общий охват участников – 292 человека. Исследования включали контингенты с дезадаптацией различного генеза: пациенты с постравматическим хроническим болевым синдромом (n = 31), лица с опытом повторяющегося межличностного насилия (n = 51), лица с профессионально обусловленным кризисом (обзор), пациенты с дерматологическими заболеваниями (n = 118), военнослужащие с синдромом выгорания (n = 60) и пациенты с коморбидными соматическими заболеваниями (n = 32). Методом работы стал сравнительный анализ для выявления устойчивых паттернов «диагностируемый параметр (мишень) – применяемый метод коррекции».

Результаты. На основе выявленных закономерностей разработана теоретическая модель и трехэтапный алгоритм дифференцированной коррекции. Модель постулирует примат дифференциальной диагностики, в ходе которой идентифицируется ведущий паттерн дезадаптации (психофизиологическое напряжение, дисфункциональные когнитивные схемы, дезадаптивные поведенческие стратегии). Алгоритм предписывает выбор стратегии медико-психологической коррекции, аффинной к выявленной мишени: психофизиологической с помощью методов психофизиологической саморегуляции, когнитивной коррекции с помощью техник когнитивно-поведенческой терапии или поведенческой с помощью социально-психологического тренинга. Практическая работоспособность логики алгоритма подтверждена положительными результатами коррекции в исходных исследованиях.

Заключение. Предложенная модель представляет собой инструмент для структурирования клинического мышления специалиста и перевода диагностических данных в обоснованный план коррекции. Алгоритм, синтезированный из эмпирических данных, служит практическим ответом на проблему «диагностически-терапевтического разрыва» и может лечь в основу стандартов доказательного медико-психологического сопровождения.

Актуальность: ишемический инсульт, оставаясь значимой медико-социальной проблемой с высокой распространённостью, инвалидизацией и протяжённой реабилитацией, определяет ключевую роль мотивации пациента, однако традиционный подход к её повышению требует пересмотра в сторону дифференцированной оптимизации с учётом психоэмоционального статуса.

Цель: изучение вклада психоэмоционального состояния в формирование мотивации к реабилитации у пациентов после ишемического инсульта.

Методология и объект исследования: с помощью психодиагностических методик исследованы мотивация (опросник «Восстановление локуса контроля») и психоэмоциональное состояние («Метод цветовых выборов») 51 пациента (52,9 % мужчин и 47,1 % женщин, средний возраст – 58,8 ± 10,6 лет), находившихся на стационарной реабилитации по поводу перенесённого ишемического инсульта давностью не более одного года. Использовался сопоставительный анализ.

Результаты: установлено, что пациенты с оптимальным психоэмоциональным статусом демонстрируют достоверно более высокую мотивацию к реабилитации, тогда как группы «Истощение» и «Перевозбуждение» показывают статистически неразличимые низкие результаты, несмотря на полярность эмоциональных состояний.

Заключение: стратегической целью психологического сопровождения должна стать не максимизация, а оптимизация мотивации через дифференцированную коррекцию психоэмоционального состояния пациентов. Научная новизна настоящего исследования состоит в расширении представлений о нелинейном характере взаимосвязи уровня мотивации и психоэмоционального статуса пациентов после перенесённого инсульта.

Актуальность. В условиях роста психоэмоциональных нагрузок, социальной нестабильности и увеличения числа лиц, испытывающих признаки психологической дезадаптации, проблема психологической реабилитации приобретает особую значимость. Современная психологическая наука и практика нуждаются в научно обоснованных и эмпирически проверенных реабилитационных программах, направленных на восстановление эмоционального равновесия, стрессоустойчивости и адаптационных ресурсов личности.

Цель исследования заключалась в эмпирической оценке эффективности комплексной программы психологической реабилитации, ориентированной на восстановление психологического благополучия, снижение тревожности и повышение стрессоустойчивости и адаптационного потенциала личности.

Материалы и методы. Исследование было проведено в рамках квазиэкспериментального продольного дизайна с участием экспериментальной и контрольной групп. Выборку составили 240 человек в возрасте от 19 до 35 лет с признаками психологической дезадаптации. Экспериментальная группа (n = 120) прошла программу психологической реабилитации продолжительностью 10 недель, контрольная группа (n = 120) не подвергалась реабилитационному воздействию. В качестве диагностических инструментов использовались стандартизированные методики оценки психологического благополучия, тревожности, стрессоустойчивости и адаптационного потенциала. Статистическая обработка данных осуществлялась с применением t-критерия Стьюдента и дисперсионного анализа.

Результаты. Установлено, что участие в программе психологической реабилитации сопровождается статистически значимым повышением уровня психологического благополучия и снижением тревожности (p < 0,01), а также ростом показателей стрессоустойчивости и адаптационного потенциала личности. В контрольной группе достоверных изменений по исследуемым показателям не выявлено, что подтверждает эффективность целенаправленного реабилитационного воздействия.

Выводы. Полученные результаты свидетельствуют о высокой эффективности комплексной программы психологической реабилитации и подтверждают её значимость как инструмента восстановления личностных и адаптационных ресурсов. Исследование расширяет научные представления о психологической реабилитации как ресурсно-ориентированном процессе и имеет практическую ценность для организации психологического сопровождения в образовательной, социальной и реабилитационной практике.

Актуальность. Не испытывая предэкзаменационного волнения, нельзя полностью раскрыть свои возможности и показать своё умение быстро и нестандартно мыслить, а не только механически заученные знания. Однако волнение может перерастать в экзаменационный стресс, и это способно привести к тому, что школьник или студент, блестяще отвечавший весь год на уроках или семинарах, на экзамене буквально впадает в ступор, забывая элементарные вещи, или допускает невозможные для его уровня знаний ошибки. Особенно это характерно для астенизированных, эмоционально лабильных подростков. Как обеспечить психологическую устойчивость учащегося, снизив вероятность появления экзаменационного стресса в стрессогенной ситуации? Существует много методов и техник для профилактики такого стресса, однако они либо недостаточно эффективны применительно к стрессовым ситуациям, либо требуют длительной самостоятельной работы самого ученика или студента, на которую в период интенсивной подготовки к экзаменам просто не хватает времени и сил.

Цель. Предложить и апробировать оптимальную психокоррекционную (психотерапевтическую) технику для профилактики экзаменационного стресса, с помощью которой можно в короткий срок добиться хорошего эффекта даже у астенизированного, эмоционально лабильного школьника или студента.

Методология. Фединг – затухание, одна из техник поведенческой психотерапии. В классическом варианте терапия состоит в демонстрации пациенту попеременно слайдов с изображением объекта фобии и слайдов успокаивающего характера. В нашей модификации данная методика представляет собой неоднократный перенос человека во время визуализации, проводимой в структуре гипнотического, гетеротренингового или аутогенного транса, из привычной ситуации в стрессогенную.

Объект. В симптоматике органических астенических расстройств преобладает церебральная астения, когнитивные нарушения, вегетативно-невротическая и эмоционально волевая неустойчивость, что делает таких уязвимых к различным стрессогенным факторам пациентов нуждающимися в сочетанной – как медикаментозной, так и психотерапевтической – помощи.

Результаты и их анализ. Представлен клинический случай успешного применения данной методики у девятиклассницы, страдающей органическим эмоционально лабильным [астеническим] расстройством, коморбидным с дискалькулией. Применение данной техники позволило школьнице достичь состояния расслабленной концентрации и внутреннего спокойствия, обеспечивших оптимальный уровень эмоционального возбуждения к моменту экзамена, что способствовало успешному результату.

Заключение. Модифицированная методика фединга показала высокую эффективность для профилактики и психотерапии экзаменационного стресса, как продемонстрировал приводимый в статье клинический случай, даже у пациента с изначально ослабленной ЦНС.

Актуальность. Психологическое насилие, пережитое в детстве и подростковом возрасте, признаётся трансдиагностическим фактором риска развития психических расстройств, в том числе их субклинических форм. Вариабельность сердечного ритма (ВСР) является маркером функционирования вегетативной нервной системы, участвующей в ответе на воздействие стрессовых факторов. Изменения ВСР наблюдаются у пациентов с различными психическими расстройствами и психотравмирующим опытом в анамнезе. При этом значение параметров ВСР в оценке субклинических психопатологических симптомов у молодых взрослых с опытом психологического насилия остается малоизученным.

Цель: изучение вариабельности сердечного ритма как трансдиагностического маркера субклинической стадии психических расстройств, ассоциированных с перенесённым в детском и подростковом возрасте психологическим насилием.

Материал и методы. Выборка – 280 человек (средний возраст – 18,81 лет), перенёсших психологическое насилие в детском и подростковом возрасте и не имеющих на момент исследования диагностированных психических расстройств. Методы: кардиоритмография, стандартизированное тестирование, математико-статистический анализ.

Результаты и их анализ. У молодых взрослых, подвергшихся психологическому насилию, наблюдается дисрегуляция вегетативной нервной системы с доминированием симпатической активности и снижением способности к парасимпатической регуляции, что напрямую коррелирует с более высоким уровнем выраженности субклинической психопатологической симптоматики.

Заключение. Параметры ВСР можно рассматривать в качестве трансдиагностических маркеров субклинических проявлений психических расстройств, особенно в популяциях, пострадавших от психологического насилия в детском и подростковом возрасте.

Актуальность: лечение морбидного ожирения представляет собой сложный и продолжительный процесс, требующий постоянного медицинского и психологического сопровождения пациентов. Бариатрическая операция является основным способом лечения морбидного ожирения, что указывает на необходимость ответственного отношения пациентов к лечению и строгому соблюдению рекомендаций врачей на постоянной основе. Мультидисциплинарный подход и психологическое сопровождение больного в до- и послеоперационном периоде способны оказать позитивное влияние на адаптацию пациентов к физиологическим и психологическим изменениям в послеоперационный период и период реабилитации.

Цель: определить преобладающий тип пищевого поведения и личностные особенности пациентов с морбидным ожирением для выявления взаимосвязи с высоким уровнем комплаентности и последующей характеристикой психологического портрета пациентов с высокой приверженностью лечению.

Методология. В выборку исследования вошли больные с подтвержденным диагнозом «морбидное ожирение» в период пребывания в стационаре. Процесс исследования включал в себя клинико-психологический и экспериментально-психологический методы с последующей обработкой и интерпретацией полученных результатов. Статистическая обработка данных осуществлялась посредством применения программы STATISTICA 6,0; для выявления корреляционных связей между показателями был использован коэффициент Пирсона.

Результаты и их анализ: результаты исследования указывают на наличие взаимосвязей типа отношения к болезни, личностных особенностей и текущего состояния здоровья пациентов с высоким уровнем комплаентности.

Заключение: полученные результаты подчёркивают важность использования мультидисциплинарного подход, в который обязательно должно быть включено психологическое сопровождение в разные периоды лечения и процесса реабилитации пациентов после бариатрической операции для успешной адаптации к изменениям в теле и дальнейшем образе жизни.