Пятифакторная модель осознанности как основа для дифференцированного выбора психотерапевтических вмешательств при тревожных расстройствах

Актуальность. Тревожные расстройства поражают более 4 % населения мира, оказывая существенное негативное влияние на качество жизни и создавая значительную нагрузку на систему здравоохранения. Недостаточная эффективность существующих методов лечения определяет необходимость поиска новых подходов.

Цель. Системный анализ и интеграция данных о возможностях различных психотерапевтических подходов в развитии компонентов осознанности у пациентов с тревожными расстройствами на основе пятифакторной модели.

Методология. Проведен систематический анализ литературы за 2000–2024 гг. из баз PubMed, Google Scholar, CyberLeninka, eLIBRARY. Использовались методы сравнительного и системного анализа для выявления механизмов воздействия различных терапевтических парадигм на компоненты осознанности.

Результаты и их анализ. Выявлены специфические профили воздействия различных подходов: когнитивная терапия на основе осознанности эффективна для развития наблюдения, осознанных действий и неприятия опыта; диалектико-поведенческая терапия – для развития описания и осознанных действий; терапия принятия и ответственности – для развития неприятия опыта и отсутствия реактивности; психоанализ развивает преимущественно наблюдение.

Заключение. Пятифакторная модель осознанности представляет собой практический инструмент для создания индивидуализированных алгоритмов психотерапии. Рекомендуется использование «Пятифакторного опросника осознанности (FFMQ)» для диагностики и выбора релевантных методов психокоррекции.

1. Голубев А.М., Дорошева Е.А. Особенности применения русскоязычной версии пятифакторного опросника осознанности // Сибирский психологический журнал. 2018. № 69. С. 46–68.

2. Дьяков Д.Г., Слонова А.И. Практики осознанности в развитии когнитивной сферы: оценка краткосрочной эффективности программы MindfulnessBased Cognitive Therapy // Консультативная психология и психотерапия. 2019. № 27(1). С. 30–47. DOI: 10.17759/cpp.2019270103

3. Пуговкина О.Д., Шильникова З.Н. Концепция mindfulness (осознанность): неспецифический фактор психологического благополучия // Современная зарубежная психология. 2014. Т. 3, № 2. С. 18–28.

4. Рузинова В.М., Киселёва М.Г., Волель Б.А., Кушу З.Р. Краткосрочная программа терапии тревожных расстройств методами формирования осознанности с использованием БОС: пилотное исследование // Клиническая и специальная психология. 2025. Т. 14, № 1. С. 169–183. DOI: 10.17759/cpse.2025140110

5. Тарабукина А.С., Рогозина М.В., Лобанова Н.Ю. Оценка тревожно-депрессивных расстройств и качества жизни у пациентов после кардиохирургического лечения // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. 2024. № 5-5(92). С. 49–55. DOI 10.24412/2500-1000-2024-5-5-49-55. EDN UMARVA.

6. Тукаев Р.Д., Срывкова К.А. Доказательная оценка эффективности позитивно-диалоговой психотерапии при невротических тревожных и тревожно-депрессивных расстройствах // Клиническая медицина. 2025. № 3. С. 55–62.

7. Христосенко В.Ю., Фёдорова В.В., Лущик М.В. Оценка качества жизни пациентов с ХОБЛ с учетом присутствия у них тревожно-депрессивных расстройств // Исследования. Инновации. Практика. 2024. № 3(13). С. 55–58. DOI 10.18411/iip-12-2024-12. EDN EBNIPH.

8. Baer R.A., Smith G.T., Hopkins J. [et al.]. Construct validity of the five facet mindfulness questionnaire. Assessment. 2008; 15(3): 329–342. DOI: 10.1177/1073191107313003

9. Bandelow B., Michaelis S., Wedekind D. Treatment of anxiety disorders. Dialogues Clin Neurosci. 2017 Jun; 19(2): 93–107. DOI: 10.31887/DCNS.2017.19.2/bbandelow. PMID: 28867934; PMCID: PMC5573566.

10. Barrera T.L., Norton P.J. Quality of life impairment in generalized anxiety disorder, social phobia, and panic disorder. J Anxiety Disord. 2009 Dec; 23(8): 1086–1090. DOI: 10.1016/j.janxdis.2009.07.011.

11. Batelaan N.M., Bosman R.C., Muntingh A. [et al.]. Risk of relapse after antidepressant discontinuation in anxiety disorders, obsessive-compulsive disorder, and post-traumatic stress disorder: Systematic review and meta-analysis of relapse prevention trials. BMJ. 2017 Sep 13; 358: j3927. DOI: 10.1136/bmj.j3927.

12. Caletti E., Massimo C., Magliocca S. [et al.]. The role of the acceptance and commitment therapy in the treatment of social anxiety: An updated scoping review. J Affect Disord. 2022 Aug 1; 310: 174–182. DOI: 10.1016/j.jad.2022.05.008.

13. Epstein M. Thoughts without a thinker: psychotherapy from a Buddhist perspective. New York: Basic Books, 1995. 256 p.

14. Flynn D., Joyce M., Spillane A. [et al.]. Does an adapted Dialectical Behaviour Therapy skills training programme result in positive outcomes for participants with a dual diagnosis? A mixed methods study. Addict Sci Clin Pract. 2019 Aug 15; 14(1): 28. DOI: 10.1186/s13722-019-0156-2. PMID: 31412957; PMCID: PMC6694661.

15. GBD 2019 Mental Disorders Collaborators. Global, regional, and national burden of 12 mental disorders in 204 countries and territories, 1990–2019: A systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2019. Lancet Psychiatry. 2022 Feb; 9(2): 137–150. DOI: 10.1016/S2215-0366(21)00395-3.

16. Gu J., Strauss C., Bond R., Cavanagh K. How do mindfulness-based cognitive therapy and mindfulness-based stress reduction improve mental health and wellbeing? A systematic review and meta-analysis of mediation studies. Clinical Psychology Review. 2016; 37: 1–12. DOI: 10.1016/j.cpr.2015.01.006.

17. Hayes S.C., Strosahl K.D., Wilson K.G. Acceptance and commitment therapy: an experiential approach to behavior change. New York: Guilford Press, 1999. 304 p.

18. Hofmann S.G., Sawyer A.T., Witt A.A., Oh D. The effect of mindfulness-based therapy on anxiety and depression. Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2010; 78(2): 169–183. DOI: 10.1037/a0018555.

19. Hölzel B.K., Carmody J., Evans K.C. [et al.]. Stress reduction correlates with structural changes in the amygdale. Social Cognitive and Affective Neuroscience. 2010; 5(1): 11–17. DOI: 10.1093/scan/nsp034.

20. Javaid S.F., Hashim I.J., Hashim M.J. [et al.]. Epidemiology of anxiety disorders: global burden and sociodemographic associations. Middle East Curr Psychiatry. 2023; 30: Article 44, 1–11. DOI: 10.1186/s43045-023-00315-3.

21. Kabat-Zinn J. Mindfulness-based interventions in context: past, present, and future. Clinical Psychology: Science and Practice. 2003; 10(2): 144–156. DOI: 10.1093/clipsy.bpg016.

22. Kawatani D. Psychoanalytic treatment for patients with anxiety disorder. Seishin Shinkeigaku Zasshi. 2012; 114(9): 1070–1076. PMID: 23198597. (In Japanese.)

23. Knekt P., Lindfors O., Härkänen T. [et al.]. Helsinki Psychotherapy Study Group. Randomized trial on the effectiveness of long-and short-term psychodynamic psychotherapy and solution-focused therapy on psychiatric symptoms during a 3-year follow-up. Psychol Med. 2008 May; 38(5): 689–703. DOI: 10.1017/S003329170700164X.

24. Linehan M.M. Cognitive-behavioral treatment of borderline personality disorder. New York: Guilford Press, 1993. 558 p.

25. McKay D. Methods and mechanisms in the efficacy of psychodynamic psychotherapy. Am Psychol. 2011 Feb–Mar; 66(2): 147–148; discussion 152–154. DOI: 10.1037/a0021195. PMID: 21299262.

26. Norcross J.C., Goldfried M.R. Handbook of psychotherapy integration (3rd ed.). Oxford University Press, 2019. 552 p.

27. OECD. A new benchmark for mental health systems: tackling the social and economic costs of mental ill-health. 2021. 253 p.

28. Segal Z.V., Williams J.M.G., Teasdale J.D. Mindfulness-based cognitive therapy for depression. New York: Guilford Press, 2002. 351 p.

29. Shapiro S.L., Carlson L.E., Astin J.A., Freedman B. Mechanisms of mindfulness. Journal of Clinical Psychology. 2006; 62(3): 373–386. DOI: 10.1002/jclp.20237.

30. Shedler J. The efficacy of psychodynamic psychotherapy. Am Psychol. 2010 Feb–Mar; 65(2): 98–109. DOI: 10.1037/a0018378. PMID: 20141265.

31. Soltani E., Bahrainian S.A., Farhoudian A. [et al.]. Effectiveness of acceptance commitment therapy in social anxiety disorder: application of a longitudinal method to evaluate the mediating role of acceptance, cognitive fusion, and values. Basic Clin Neurosci. 2023 Jul–Aug; 14(4): 479–490. DOI: 10.32598/bcn.2021.2785.1.

32. Tang Y.Y., Hölzel B.K., Posner M.I. The neuroscience of mindfulness meditation. Nature Reviews Neuroscience. 2015; 16(4): 213–225. DOI: 10.1038/nrn3916.

33. Teasdale J.D., Segal Z.V., Williams J.M.G. [et al.]. Prevention of relapse/recurrence in major depression by mindfulness-based cognitive therapy. Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2000; 68(4): 615–623. DOI: 10.1037/0022-006X.68.4.615.

34. Villalongo Andino M., Garcia K.M., Richey J.A. Can dialectical behavior therapy skills group treat social anxiety disorder? A brief integrative review. Front Psychol. 2024 Jan 8;14: 1331200. DOI: 10.3389/fpsyg.2023.1331200. PMID: 38259541; PMCID: PMC10800915.

35. Vøllestad J., Nielsen M.B., Nielsen G.H. Mindfulnessand acceptance-based interventions for anxiety disorders: a systematic review and meta-analysis. British Journal of Clinical Psychology. 2011; 51(3) 239–260. DOI: 10.1111/j.2044-8260.2011.02024.x.

36. World Health Organization. Adherence to long-term therapies: evidence for action. Geneva: World Health Organization, 2003. 198 p.

37. Wucherpfennig F., Eggert P. Effekte des Skills-Trainings der Dialektisch-Behavioralen Therapie (DBT) bei Depressionen und Angststörungen – eine praxisorientierte Pilotstudie [Effects of Dialectical Behavior Therapy (DBT) skills training on depression and anxiety disorders – a pilot study under routine care conditions]. Psychother Psychosom Med Psychol. 2024 Jul; 74(7): 286–294. DOI: 10.1055/a-2294-2330. (In German.)